Глам Дицин

 

Гайре, то есть «короткая жизнь», как в песне

поношения, которую поэт Нейде, сын Адны,

сына Гутора, сочинил на короля Коннахта,

брата своего отца, а именно на Кайера, сына

Гутора; ибо Кайер принял Нейде как своего сына, из-за того

что не имел собственных сыновей.

Жена Кайера восчувствовала преступную страсть к Нейде

и, чтобы притянуть его любовь, предложила ему шар из

серебра. Нейде не принял его и не соглашался на ее предложения

до тех пор, пока она не предложила сделать его королем Коннахта после его дяди Кайера. «Как ты можешь совершить это?» — сказал Нейде. «Это не трудно, — сказала

она, — сделай на него песнь поношения, чтобы она произвела

на нем порчу, а ты знаешь, что человек с порчею не может

удерживать королевскую власть».

«Не легко для меня сделать то, что ты советуешь, — сказал

Нейде, — так как этот человек не отказал бы мне ни в чем,

ибо нет в его владении ничего такого, чего он мне не отдаст». —

«Я знаю, — сказала женщина, — одну вещь, которую он тебе

не отдаст, а именно нож, который был ему подарен в стране

Альба, и его он тебе не отдаст, поскольку ему воспрещено

передавать его от себя». Нейде пошел тогда и попросил у

Кайера нож. «Увы и ах, — сказал Кайер, — мне воспрещено

передавать его от себя». Нейде сочинил тогда глам дицин,

или скороспелую песнь поношения, на него, и немедленно

на его щеке появились три волдыря. Песнь поношения была

такова:

Зло, смерть и короткую жизнь Кайеру;

Пусть копья битвы поразят Кайера;

Отвергнут землею и почвой Кайер;

Под насыпями и валунами лежать Кайеру.

Ранним утром Кайер пошел к источнику умыться и,

проведя руками по своему лицу, обнаружил на нем три

волдыря, которые вызвала песнь поношения, а именно: волдыри «позора», «порчи» и «изъяна» — малинового, зеленого и

белого цвета. Обнаружив свое несчастье, он немедленно убежал, дабы ни один из тех, кто знал его, не увидел его позора; и

он не останавливался, пока не достиг Дун Кеармна, жилища

Кахера, сына Эйдирсгула, главы той округи; там он был

хорошо принят, как чужеземец, хотя достоинство его не было

известно. Нейде, поноситель, тогда присвоил владычество над

Коннахтом и продолжал править им в течение года.

Год попользовавшись своим дурно приобретенным положением, Нейде начал раскаиваться в том, что несправедливо

причинил Кайеру так много несчастья, и, обнаружив спустя

какое-то время его прибежище, он решил посетить его. Он

отправился, стало быть, в любимой колеснице Кайера и сопровождаемый вероломной женой короля; и в должное время он

прибыл к Дун Кеармна.

Когда прекрасная колесница прибыла на лужайку Дуна,

ее наружность была пытливо рассмотрена Кахером и его

людьми. «Хотелось бы знать, кто они», — говорил каждый. На это появился Кайер и ответил: «Это мы, которых обычно

погоняли с хозяйского места, сидим на месте своего хозяи-

на». — «Это слова короля», — сказал Кахер, сын Эйдирсгула,

который не узнавал Кайера до сих пор. «Увы, не так!» —

сказал Кайер; и он помчался через дом и тотчас исчез в

широком валуне, который стоял позади дома, в трещине,

в которой он спрятался. Нейде последовал за ним через дом,

и борзая собака Кайера, которая его сопровождала, вскоре

обнаружила своего хозяина в трещине валуна позади дома.

Нейде приблизился к нему, но когда Кайер увидел его, он упал

мертвым от стыда. Валун тогда вскипел, раскалился и лопнул

при смерти Кайера, и осколок его вошел в один глаз Нейде

и вбил его в голову, после чего Нейде сочинил искупительную поэму.